Джугашвили и языкознание

Сейчас кое-что еще о вопросах языкознания.

Пару раз я уже касался этой темы с неизменно скандальными последствиями. Сейчас, я думаю, скандал тоже может получиться. Конкретно – я недавно вспомнил в связи с совершенно иными обстоятельствами, статью Джугашвили «Марксизм и вопросы языкознания». За эту статью его посмертно ругали, конечно не так интенсивно, как за массовые репрессии, но тоже достаточно серьезно, ибо в данном случае он вмешался в одну из заповедных зон деятельности интеллигентности.

Он обрушился на языковедческую теорию покойного к тому времени академика Марра. Организационные последствия были не тюремными, но тоже достаточно малоприятными для множества учеников, последователей и сторонников академика. Многие из них были вынуждены поменять направления своих языковедческих исследований, немалая часть переключилась из языковедения на различные смежные специальности, кое-кого просто поувольняли. В общем, последствия были достаточно тяжелыми для того, чтобы о них вспоминать.

Беда только в том, что сам академик Марр при жизни охотился на своих оппонентов куда круче, чем Джугашвили на его последователей. В частности, был даже такой слух, как все слухи не подтвержденный , но кое для кого выглядящий правдоподобно. Так вот, был слух, что знаменитый в свое время лингвист Поливанов, был арестован и казнен не просто так, а по доносу то ли самого Марра, то ли кого-то из его ближайших сподвижников. Ну, это слух, хотя, к сожалению, слухи эти в немалой степени поддерживаются тем, что бОльшая часть репрессированных была рассекречена далеко не полностью, в частности не раскрывались сведения о том, кто на них доносил, поскольку не хотелось портить репутацию тех, кто остался в живых.

Так что, будем считать этот слух слухом, и посмотрим на сущность теории академика Марра. У него было не мало научных заслуг, в частности, именно он ввел для европейских языков термин «яфетитческие» по аналогии с семито-хамическими языками, названными в честь двух легендарных сыновей проотца Ноя – Сима и Хама, и Афет – третий из этих сыновей, по Библейской легенде дал потомство, освоившее Европу. Так же как потомки Сима заселили ближнюю часть Азии, а потомки Хама – Африку. Но, термин термином, а была у Мара и теория происхождения языков в целом. По его мнению, они все выросли в конечном счете из 4-х первобытных выкриков, которыми общались между собой первобытные люди. Выкрики эти звучали – SAL , BER, ROS, JON.

Вот из этого, мягко говоря, ограниченного набора, и выросло постепенно все языковое богатство. Естественно, ни внятного доказательства того, что выкриков изначально было 4 а не 3 и не 12 почтенный академик так и не предъявил. Языковая конструкция, позволившая ему восстановить облик именно этих 4-х слогов, тоже, мягко говоря, блистает натяжками. Тем не менее, теория прижилась. Была объявлена единственно верной, поскольку сам Марр прикрыл ее авторитетом марксизма, нахватав из старых работ Маркса и Энгельса несколько цитата, которые при желании можно было трактовать и в его пользу.

На сколкьо я могу судить, теория Марра никогда не была лучшей из существовавших на данный конкретный момент теорий происхождения языка. Т.е. когда Марр начинал работать, были теории значительно убедительней и логичней, и в дальнейшем его оппоненты развивали теории куда более убедительные и логичные. Именно Марр использовал совершенно вненаучную аргументацию для подтверждения своих взглядов. И то, что Джугашвили отвлекся от достаточно серьезных работ по управлению страной, и отключился от не менее серьезных внутрипартийных интриг по перетягиванию каната на верхушке власти, то, что он снял с теории Марра броню из марксистских цитат, лично я считаю его научной заслугой. Именно научной, поскольку он должен был озаботиться положением дел в науке, всерьез убедиться, что теория Марра никоим образом не вытекает из используемых им марксистских цитат.

Я далек от мысли считать всю деятельность Джугашвили благотворной. У него хватало и преступлений, и ошибок, зачастую еще более тяжких, чем любое преступление. Но если мы навешиваем на него преступления, которых он не совершал, мы тем самым лишаемся возможности обвинить его за то, что он делал плохого на самом деле.