Посредники

Кое-что о посредниках.

В каком-то смысле я, пожалуй, сам в качестве журналиста посредник. Я не столько сочиняю собственные мысли, сколько пересказываю более менее внятно идеи найденные другими, иной раз очень задолго до меня. Например, когда я заканчивал писать статью о том, что существование единственного бога логически эквивалентно существованию бесконечному множеству равно истинных религий, я с удивлением узнал, что оказывается впервые доказал то же самое еще Спиноза. И с удовольствием обогатил свою статью некоторыми формулировками, почерпнутыми у этого действительно замечательного философа.



А скажем в 96 году немалую роль в предвыборной кампании президента Ельцина, сыграла моя статья, в которой я всего лишь перевел с математического языка на человеческий некоторые старые труды великих советских математиков Лужкова и Коробочкина. Из этих трудов следовало, что управление экономикой из единственного центра гарантированно проигрывает управлению экономикой рыночными способами в мирное время иной раз в порядки.

Я не единственный такой посредник. Вообще же, сми выступают посредниками между теми, кто реально влияет на жизнь общества и теми, кто из кого это общество в массе своей состоит. Сами оказываются весьма влиятельной структурой. И это лишь одно из множества проявлений более общего правила. Влияние посредников на жизнь значительно больше, чем влияние тех, между кем он посредничает.

Естественно, бывают случаи, когда для посредника просто не находится места. Например, когда идет война, нет особого смысла вставать между линиями окопов. Там люди действую друг на друга на прямую. Но с другой стороны, в военное время очень важны посредники между самими воюющими государствами, а не отдельными людьми этих государств. И организаторы закулисных мирных переговоров иной раз оказываются на время этих переговоров совершенно фантастически влиятельны. Собственно, потому и не трогал Гитлер Швейцарию и Швецию, что в эти странах постоянно шли переговоры по самым разным тяжелым и болезненным вопросам, неизбежно порождаемым в войну. Были, конечно, у этих “нейтралов” и другие роли. Например, Швеция снабжала Германию сверхвысококачественными легированными сталями. Швейцария не только обеспечивала финансовый оборот, но и именно через нее шли в Германию поставки бериллиевой бронзы, незаменимой во многих сложных и точных приборах. Швейцарские часовщики еще до войны освоили изготовление часовых пружин из этой самой бронзы. И во время войны Германия купила у них эти самые пружины в таком количестве, что хватило бы на часы для всего населения планеты.

Самую же значительную роль играют посредники в экономике. Скажем, крупная сеть супермаркетов попросту требует с производителей товаров не только какой-то более менее общепринятой платы, именуемой торговая наценка. Но зачастую и всяческих специальных льгот и преимуществ и попросту прямых подарков как в бюджет сети, так и в личные бюджеты ее многочисленных администраторов. Всевозможные издатели и книжные и музыкальные отчисляют себе куда большую долю от продаж, чем предоставляется авторам. Более того, издатели сейчас активно воюют со всеми формами распространения изданного в интернете, хотя сами авторы чаще всего имеют возможность получить из интернета получить примерно столько же, сколько получают от самих издателей. Но издатели, как и всякие посредники, считают себя более влиятельными, чем сами авторы. Я не раз цитировал американскую поговорку “доллар тому, кто придумал. десять – тому, кто сделал. сто – тому, кто продал.” Американцы давным давно признали, что главную роль играют посредники. И собственно большая часть американской политической активности так или иначе нацелена на защиту всяческих посредников и выпячивания их.

Я не говорю, что посредники вовсе не нужны. Я только считаю своим долгом напомнить, что формы посредничества бывают разными. Что время от времени какие-то из них уходят в историю, давая простор совершенно иным формам. И поэтому нынешним профессиональным дипломатам, торговцам и издателям было бы куда полезнее поискать новые формы проявления своей активности. И переучится, чтобы лучше соответствовать новым формам, а не настаивать на бесконечном сохранении старых. В конце концов, сейчас ассортимент любой лавки в сколько-нибудь заметном городе, куда богаче ассортимента легендарной сотой секции ГУМа, где отоваривались по спецразрешениям сотрудники советского аппарата, так же считавшие себя посредниками между высокой идеологией и низкими гражданами недостойными этой идеологии.